Исламский антисемитизм: роковой синтез
Коротко о главном
Исламский антисемитизм не является изначальной составной частью ислама, он представляет собой результат слияния традиционных исламских представлений о евреях с европейским, прежде всего национал-социалистическим антисемитизмом. Он возник вследствие политического влияния и пропаганды, а не из исламского богословия.
Традиционный исламский образ евреев:
В ранний период ислама евреи считались низшими, а не всесильными. Как «зимми» — покровительствуемые — они могли жить под исламским правлением, но были ущемлены в социальном и правовом отношении. Этот образ был патерналистским, а не параноидальным: евреев презирали, но не боялись.
Идеологический разрыв:
В XX веке этот образ коренным образом изменился. С колониализмом, основанием Израиля и национал-социалистической пропагандой еврей превратился в демонического, всесильного врага. Национал-социалистические радиостанции, такие как Radio Zeesen, и пропагандисты, такие как Амин аль-Хусейни, целенаправленно переносили антисемитские мифы на Ближний Восток. Коранические понятия связывались с нацистской риторикой: «неверный» превратился во «всемирного заговорщика».
«Исламизированное продолжение» европейского антисемитизма:
Матиас Кюнцель описывает этот процесс как перенятие и переосмысление европейских образов врага. Исламистские движения, такие как «Братья-мусульмане», а позднее Hamas, соединили религиозный язык с национал-социалистической идеологией: евреи стали врагами Бога, Израиль — символом зла.
Послевоенное время и отсутствие осмысления Шоа:
После 1945 года это мышление закрепилось, поскольку в арабских странах общественное осмысление Шоа по большей части не состоялось. Уничтожение евреев не признавалось в средствах массовой информации, школьных учебниках, проповедях и политических речах преступлением против человечества: его либо приветствовали, либо представляли как «сионистскую ложь» или «предлог для колониализма». Так антисемитизм превратился в религиозно заряженную систему истолкования политического бессилия.
Исламский антисемитизм: роковой синтез
Понятие
исламский антисемитизм
описывает не изначальную или неизменную составную часть ислама, а результат исторического и идеологического слияния: синтеза традиционных исламских антиеврейских образов и современного европейского антисемитизма, прежде всего в его национал-социалистическом варианте. Это мышление возникло не из богословской логики, а из политической целесообразности — как следствие целенаправленного переноса европейских образов врага в арабско-исламское пространство.
Традиционный исламский образ евреев: приниженность вместо всевластия
В ранний период ислама евреи считались не всесильными заговорщиками, а малочисленным, побеждённым и смиренным меньшинством. Коран отчасти описывает их как «тех, кто нарушил завет» или «противоречил Пророку», но не как сверхъестественных врагов. В исламском общественном устройстве евреи — как и христиане — были «зимми», то есть покровительствуемыми, которым дозволялось жить под исламским правлением, но которые были подчинены в правовом и социальном отношении. Эта иерархия основывалась не на расовой идеологии, а на религиозном представлении о порядке: еврейское существование терпели, но обесценивали. Поэтому традиционный исламский образ евреев был патерналистским, а не параноидальным: он видел евреев ничтожными, а не могущественными; трусливыми, а не опасными.
Идеологический разрыв: импорт европейского антисемитизма
В XX веке эта схема коренным образом изменилась. С колониализмом, кризисами современности и основанием Израиля началась новая фаза, в которой евреев изображали уже не «низшими», а всесильными, склонными к заговору и стремящимися к мировому господству — прямое наследие европейского антисемитизма. Эта исламизация современного антисемитского мифа и есть роковой синтез. Центральную роль при этом играла национал-социалистическая пропаганда на Ближнем Востоке. В период с 1939 по 1945 год Третий рейх вложил значительные средства в распространение антисемитских образов врага в арабском пространстве. Германское министерство иностранных дел содержало арабоязычные радиостанции (прежде всего
Radio Zeesen
) и распространяло миллионы листовок, публикаций и переводов национал-социалистической травли. Ораторы, такие как великий муфтий Иерусалима Амин аль-Хусейни, поддерживавший тесные контакты с Гитлером и Гиммлером, представляли борьбу против евреев как общую религиозную миссию ислама и национал-социализма. В своих радиообращениях к арабскому миру он соединял стихи Корана с нацистской терминологией: евреи как «враги Бога», «губители мира», «закулисные организаторы войны». Так возник идеологический перевод: религиозный упрёк в том, что евреи предали Божье послание, слился с расистским мифом о «еврейском мировом заговоре». Прежний патерналистский взгляд на евреев как на слабых и покровительствуемых сменился представлением о демоническом, всесильном противнике, угрожающем исламу, нравственности и человечеству. Этот переворот — от «презираемого низшего» к «космическому врагу» — и есть подлинная отличительная черта современного исламского антисемитизма.
Сторонники режима в 2024 году демонстрируют на тегеранской «Площади Палестины» свою поддержку иранского удара по Израилю.
Фото: Majid Saeedi/Getty Images[/caption] Кюнцель истолковывает этот процесс как «исламизированное продолжение европейского антисемитизма»: транскультурное наследие, выросшее не из самого ислама, а привнесённое извне и функционализированное во внутриполитических целях. Исламизм перенял не только образы врага Третьего рейха, но и его патологическую логику — представление о всемирной еврейской власти, замышляющей гибель «истинно верующих». Тем самым в исламистском мышлении антисемитизм превратился в богословски возвышенное объяснение мира: в рамку истолкования, которая выносит вовне политическое бессилие и общественные кризисы и придаёт им нравственный заряд. Она делает евреев врагами Бога, Израиль — символом зла, а борьбу против тех и других — священной задачей.
Последствия синтеза
После 1945 года этот идеологический перенос пережил поражение национал-социалистического режима. Такие организации, как «Братья-мусульмане», перенимали антисемитские схемы аргументации почти дословно из нацистских источников и соединяли их с религиозной риторикой. Позднее они вошли в Хартию Hamas (1988), в пропаганду иранского режима, а также в многочисленные школьные учебники и проповеди. Так антисемитизм стал прочной составной частью исламистских картин мира — религиозно обоснованным, политически действенным, эмоционально заряженным.
Отсутствие осмысления Шоа:
Решающее отличие от европейского развития состоит в отсутствии общественного осмысления Шоа в арабских странах. В то время как в Германии, пусть и нерешительно, утвердилась культура памяти, размышления о вине и педагогической проработки прошлого, в значительной части арабского мира память о Холокосте оставалась по большей части вытесненной или политически инструментализированной.
Арабские евреи-беженцы вблизи приёмного лагеря, устроенного American Jewish Joint Distribution Committee, 1949 год
Фото: National Photo Collection of Israel/Zoltan Kluge[/caption] Во многих государствах Шоа после 1945 года не была ни признана преступлением против человечества, ни принята как нравственный ориентир. Вместо этого осмысление собственной колониальной истории и арабо-израильского конфликта слилось в контрпамять, в которой евреи были не жертвами, а агрессорами. В школьных учебниках, средствах массовой информации и политической риторике Холокост часто релятивировали, отрицали или перетолковывали, например как «сионистскую выдумку» или «предлог для создания Израиля». Так антисемитизм остался без истории и без вины: унаследованный образ врага без нравственного потрясения, который мог продолжаться под новыми идеологическими знамёнами. Это отсутствие исторической самопроверки привело к тому, что в части арабского мира антисемитизм закрепился и модернизировался, тогда как в Европе он всё сильнее подвергался публичному осуждению. Это не означает, что в Германии или Австрии начиная с 1945 года произошёл просвещённый отказ от антисемитизма и его критика из осознанной рефлексии. Напротив, открытый антисемитизм был превращён в табу кропотливой политической и научной работой выживших, объединений жертв и представителей поколения жертв, а осмысление преступлений и идеологии Шоа было форсировано, в том числе под давлением союзников. Они боролись против институциональной инертности, общественного равнодушия, старых и новых нацистов и широко распространённого самооправдания. Распространённый рассказ об успешном «преодолении прошлого» скрывает, что вытеснение, защитная реакция и молчание господствовали десятилетиями. Лишь Франкфуртские процессы, ученические и протестные движения 1960-х годов, еврейские инициативы и международные импульсы вынудили более широкое общественное обращение к Шоа. Эта с трудом завоёванная культура памяти была — и остаётся — не признаком немецкого нравственного «исправления», а предварительным результатом постоянных споров, конфликтов и упорной вовлечённости отдельных людей. Поэтому противоположность арабскому миру состоит не в нравственном превосходстве Германии, а в историческом обстоятельстве, что здесь — под давлением и вопреки сопротивлению — было отвоёвано хотя бы критическое самовопрошание, тогда как там оно по большей части не состоялось.
Исторические линии и понятия исламского антисемитизма
В классическом исламском праве понятие
зимми
(буквально: «покровительствуемый») обозначало приверженцев немусульманских религий Писания, прежде всего евреев и христиан. Им дозволялось исповедовать свою веру, но они были ущемлены в правах и социально подчинены. Тем самым евреи считались терпимой, но неполноценной общиной — богословски заблуждающейся, общественно слабой. Столетиями этот взгляд формировал образ «низшего еврея», остававшегося подчинённым исламскому порядку, — без представления о демонической власти, какое знал европейский антисемитизм.
Radio Zeesen
С 1939 по 1945 год национал-социалистическое иновещание
Radio Zeesen
ежедневно вело передачи на арабском, персидском и других языках на Ближний Восток. Оно целенаправленно распространяло антисемитскую нацистскую пропаганду и соединяло её с религиозными доводами из Корана и хадисов. Так предполагалось мобилизовать мусульман на борьбу с «общим врагом — евреями». Передачи, изображавшие еврея «губителем» и «закулисным вдохновителем союзников», решающим образом способствовали переводу европейской вражды к евреям на исламские мыслительные схемы.
Амин аль-Хусейни (великий муфтий Иерусалима)
Амин аль-Хусейни был центральной фигурой идеологического посредничества между национал-социалистической Германией и арабским миром. В 1941 году он встретился с Гитлером в Берлине, поддерживал державы «оси» и пропагандировал уничтожение евреев как религиозный долг. В своих радиовыступлениях он соединял национал-социалистическую риторику («еврейский мировой заговор») с исламскими понятиями, например с «борьбой во имя Аллаха». Аль-Хусейни получал крупную финансовую поддержку от национал-социалистического государства и был выстроен как политический лидер в противовес конкурентам; он считается ключевой фигурой ранней исламизации европейского антисемитизма.
Исламизированная национал-социалистическая пропаганда
Национал-социалистическая пропаганда переводила классические антисемитские мотивы на исламский язык символов. Она опиралась на места Корана, изображающие евреев «неверными» или «нарушителями завета», и соединяла их с национал-социалистическими представлениями о «расе», «заговоре» и «мировом господстве». Так возник богословски закодированный вариант европейского антисемитизма, который после 1945 года продолжил жить в исламистских движениях.
Отсутствие осмысления Шоа
В арабском мире после 1945 года систематического осмысления Шоа не происходило. Холокост чаще всего замалчивали, релятивировали или представляли как «сионистскую ложь». Так антисемитизм смог продолжаться без нравственного потрясения и исторической ответственности — как культурное наследие, политически заряженное ближневосточным конфликтом. В отличие от этого, в Германии осмысление было институционализировано, однако осталось не актом коллективного очищения, а результатом трудной борьбы отдельных людей против вытеснения и защитной реакции.
Анализ исламского антисемитизма у Кюнцеля
Матиас Кюнцель описывает исламский антисемитизм как результат идеологического переноса: европейские, прежде всего национал-социалистические образы врага были в XX веке экспортированы на Ближний Восток и связаны с уже имевшимися религиозными предрассудками. Так традиционный образ «низшего еврея» превратился в образ всесильного врага-заговорщика. Этот антисемитизм происходит не из исламского богословия, а является продуктом политической пропаганды и постколониального истолкования кризиса.
Вывод
Исламский антисемитизм — не религиозное наследие, а идеологическая модель, утвердившаяся в колониальном и постколониальном кризисе исламского мира. Он соединяет старые религиозные образы врага с современными политическими мифами и тем самым делает антисемитизм трансграничным нарративом — языком власти, гнева и самооправдания.
Актуальные примеры
В сентябре 2021 года полиция предотвратила предположительно исламистски мотивированное нападение на синагогу в Хагене в Йом Кипур; указания на «исламистски мотивированную угрозу» поступили из зарубежных кругов служб безопасности, был задержан 16-летний подросток, имевший контакты в джихадистской онлайн-среде. Следователи исходили из мотива, в котором религиозно заряженная ненависть к евреям соединялась с представлением о «законном нападении» на еврейскую общину.
Около 300-400 сторонников исламистского сирийского ополчения собрались 19 июля 2025 года перед Rotes Rathaus в Берлине и скандировали, среди прочего, лозунги против евреев, Израиля, друзов, алавитов и христиан — в сопровождении призывов к убийству и сексуальному насилию. Landeskriminalamt Berlin (земельное управление уголовной полиции Берлина) начало расследование, поскольку на видеозаписях неоднократно звучат враждебные Израилю, антисемитские и прославляющие насилие высказывания.
— это немецкая пропагандистская сеть, идеологически близкая к Hizb ut-Tahrir, которая пропагандирует всемирный халифат и упразднение демократических порядков. В своих кампаниях группа регулярно распространяет исламистские послания, изображающие евреев и Израиль религиозными врагами и призывающие к борьбе против них. Из-за этой антисемитской и антидемократической агитации Muslim Interaktiv была в ноябре 2025 года запрещена федеральным правительством Германии.
Видео
Это видео показывает, как религиозные антиеврейские представления в исламском пространстве в XX веке соединились с европейским, прежде всего национал-социалистическим антисемитизмом. Оно объясняет, почему этот исламский антисемитизм не является основополагающим религиозным учением, а представляет собой исторически сложившуюся, политически заряженную конструкцию — и почему его осмысление сегодня является чрезвычайно важной общественной задачей — для всех людей, как религиозных, так и нерелигиозных.
Источники и дополнительная информация
Здесь Вы найдёте проекты, фильмы и литературу для дальнейшего чтения по этой теме.
Проекты и организации в этой тематической области
DialoguePerspectives способствует еврейско-мусульманскому взаимопониманию и на воркшопах, семинарах и в публикациях, таких как
DP-Journals
открыто и критически обсуждает в том числе антииудейские традиции в исламе. Их программы («Антииудаизм в исламе — богословие, история, современность») считаются по всей Европе образцовыми проектами.
MFFB публикует исследования и досье об исламистском антисемитизме, среди них анализы Hamas, Hisbollah и иранского режима, а также доклады, такие как «Исламистский антисемитизм в Германии». Он предлагает один из важнейших немецкоязычных исследовательских архивов по антисемитским идеологиям на Ближнем Востоке и в мигрантских сообществах.
Через свои проекты («Antisemitism Documentation Project», «Jihad & Terrorism Threat Monitor») MEMRI предоставляет переведённые первоисточники из арабских и персидских СМИ, документирующие повторяющиеся антисемитские нарративы в исламистских проповедях, телепередачах и политических речах. Тем самым он даёт незаменимый материал для исследований, образования и мониторинга.
Сотрудничество UNESCO и Yad Vashem разрабатывает руководящие принципы и программы образования о Холокосте в странах MENA и публикует доклады, такие как «Addressing Holocaust Denial in the MENA Region», в которых показаны как продвижение, так и препятствия. Оно укрепляет местные образовательные инициативы и освещает связь между культурой памяти, политической инструментализацией и антисемитскими дискурсами.
Документальные фильмы
Balci, Güner (2014) (фильм): «Shariah Police – Die Salafisten von Wuppertal» (RBB) — документальный фильм об исламизме и, среди прочего, об антисемитских конспирологических нарративах. Balci, Güner (2015) (фильм): «Kampf im Klassenzimmer» (ZDFinfo) — документальный фильм об исламистских и антисемитских установках среди молодёжи.
Подкаст
Braune Hetze auf Arabisch. NS-Radiopropaganda im Nahen Osten. Сезон 3, выпуск 4 подкаста
historycast — was war, was wird?
объединения Verband der Geschichtslehrerinnen und -lehrer Deutschlands e. V. (Союз преподавательниц и преподавателей истории Германии)
: Альмут Финк в беседе с Матиасом Кюнцелем.
Для дальнейшего чтения
Bauer, Yehuda (2018):
Der islamische Antisemitismus. Eine aktuelle Bedrohung.
Münster: agenda Verlag. Becker, Ulrike (2018): «Islamischer Antisemitismus unterscheidet sich von anderen Formen des Antisemitismus. Er speist sich aus spezifischen Quellen und zeigt spezifische Äußerungsformen.» В:
Wissen schafft Demokratie
, т. 8. Jena: Institut für Demokratie und Zivilgesellschaft (IDZ Jena). Becker, Ulrike (2019):
Nazis am Nil. Die deutsche Einflussnahme auf den Nahen Osten und Nordafrika im 20. Jahrhundert.
Berlin: Hentrich & Hentrich. Bozay, Kemal / Şen, Faruk (2005):
Islamismus in Deutschland. Eine kritische Bestandsaufnahme.
Essen: Zentrum für Türkeistudien. Bozay, Kemal / Eser Davolio, Fürian (2010): «Türkischer Ultranationalismus und antisemitische Weltbilder.» В:
Migration und Zugehörigkeit in Europa
, под ред. E. Pichler. Wien: Braumüller, с. 145–164. Bozay, Kemal (2017): «Islamismus, Nationalismus und antisemitische Feindbilder in der Türkei und Diaspora.» В:
Journal für Konflikt- und Gewaltforschung
, 19(2). Bielefeld: Universität Bielefeld. Bozay, Kemal (2021): «Antisemitismus in der postmigrantischen Gesellschaft: Schnittmengen, Codes und hybride Feindbilder.» В:
Antisemitismus in Europa heute
, под ред. Schwarz-Friesel и др. Berlin/Boston: De Gruyter, с. 233–252. Çiçek, Hüseyin (в подготовке / с 2024): проект
Echokammern der Niedertracht. Analyse antisemitischer Propagandanetzwerke im türkisch-muslimischen Diskurs nach dem 7. Oktober 2023.
Wien. Guttstadt, Corry (2008):
Die Türkei, die Juden und der Holocaust.
Berlin: Assoziation A. Herf, Jeffrey (2009):
Nazi Propaganda for the Arab World.
New Haven/London: Yale University Press. Jikeli, Günther (2015):
European Muslim Antisemitism. Why Young Urban Males Say They Don’t Like Jews.
Bloomington: Indiana University Press. Koopmans, Ruud (2013): «Fundamentalismus und Fremdenfeindlichkeit. Muslime und Christen im europäischen Vergleich.» В:
WZB-Mitteilungen
, вып. 142, с. 21–25. Berlin: Wissenschaftszentrum Berlin für Sozialforschung (WZB). Krämer, Gudrun (2005):
Geschichte des Islamismus.
München: C.H. Beck. Küntzel, Matthias (2002):
Djihad und Judenhaß. Über den neuen antijüdischen Krieg.
Freiburg: ça ira. Küntzel, Matthias (2018): «Islamischer Antisemitismus – als Forschungsbereich: Über Versäumnisse der Antisemitismusforschung in Deutschland.» В: Marc Grimm / Bodo Kahmann (ред.):
Antisemitismus im 21. Jahrhundert. Virulenz einer alten Feindschaft in Zeiten von Islamismus und Terror.
Berlin/Boston: De Gruyter Oldenbourg, с. 135–156. Küntzel, Matthias (2019):
Die Nazis und der Nahe Osten. Wie der islamistische Antisemitismus entstand.
Berlin: Hentrich & Hentrich. Küntzel, Matthias (2022):
Islamischer Antisemitismus.
Working Paper #004. Aachen/Köln: CARS – Katholische Hochschule NRW. Lewis, Bernard (1987a):
Die Juden in der islamischen Welt. Vom frühen Mittelalter bis ins 20. Jahrhundert.
München: C.H. Beck. Lewis, Bernard (1987b):
«Treibt sie ins Meer!» Die Geschichte des Antisemitismus.
Frankfurt am Main/Berlin: Ullstein. Litvak, Meir / Webman, Esther (2009):
From Empathy to Denial. Arab Responses to the Holocaust.
New York: Columbia University Press. Melhem, Hisham (2015): «The Roots of Arab Anti-Semitism.» В:
Politique Étrangère
, № 3/2015, с. 97–109. Paris: Institut Français des Relations Internationales (IFRI). Öztürk, Cemal / Pickel, Gert (2024): «Antisemitismus unter Musliminnen: Sozialisation, religiöse Tradierung oder herkunftsübergreifendes Feindbild des islamischen Fundamentalismus.» В:
Zeitschrift für Religion, Gesellschaft und Politik
, 14(4). Heidelberg: Springer Nature. Pfahl-Traughber, Armin (2011): «Antisemitismus im Islamismus. Ideengeschichtliche Bedingungsfaktoren und agitatorische Erscheinungsformen.» В: Helmut Fünfsinn / Armin Pfahl-Traughber (ред.):
Extremismus und Terrorismus als Herausforderung für Gesellschaft und Justiz. Antisemitismus im Extremismus.
Brühl: Fachhochschule des Bundes für öffentliche Verwaltung, с. 112–134. Pfahl-Traughber, Armin (2019):
Islamismus als Ideologie der Ungleichwertigkeit. Eine Analyse aus politikwissenschaftlicher Perspektive.
Bonn: Bundeszentrale für politische Bildung. Rothenberg, Gunther (2018):
Hamas: Islamist Politics and Antisemitic Ideology.
London/New York: Routledge. Sansal, Boualem (2008):
Das Dorf des Deutschen. Eine Jugend in Deutschland oder Die wiedergefundene Spur des Nazismus in Algerien.
München: dtv.
(роман)
Satloff, Robert (2007):
Among the Righteous. Lost Stories from the Holocaust’s Long Reach into Arab Lands.
New York: PublicAffairs. Stillman, Norman (1979):
The Jews of Arab Lands: A History and Source Book.
Philadelphia: Jewish Publication Society. Tibi, Bassam (2002):
Der neue Totalitarismus. «Heiliger Krieg» und westliche Sicherheit.
Darmstadt: Primus Verlag. Zick, Andreas / Küpper, Beate / Hövermann, Andreas (2011):
Die Abwertung der Anderen. Eine europäische Studie zu Vorurteilen und sozialer Diskriminierung.
Berlin: Friedrich-Ebert-Stiftung.