Вот уже 4 года мы утвердились как гражданский, еврейский голос в Германии. Одной из тем, которых наше объединение требовало и которые оно сопровождало, было назначение уполномоченного по борьбе с антисемитизмом. Поэтому мы очень приветствуем, что федеральное правительство призвало к этому г-на д-ра Кляйна.
Чтобы лучше познакомиться с ним и его новосозданной должностью, мы пригласили его в Берлин на панельную беседу с д-ром Матиасом Дёпфнером, главой Axel Springer SE.
Газета Die WELT подробно сообщает об этом вечере: WELTФотографии вечера:Пришло более 100 гостей: политики, мультипликаторы, члены нашего объединения и другие гости следили за панельной беседой между уполномоченным федерального правительства по борьбе с антисемитизмом, д-ром Феликсом Кляйном, и председателем правления Axel Springer SE, д-ром Матиасом Дёпфнером, и интенсивно участвовали в обсуждении.
После приветствия председателя Werteinitiative д-ра Элио Адлера статс-секретарь Кристиан Ланге как представитель федерального правительства обращается к посетителям с предостерегающими словами: Он хотел бы, чтобы у Kuwait Airlines отозвали права на посадку, если она не желает перевозить израильских граждан.
Д-р Кляйн говорит: „Тот, кто высказывается антисемитски, стоит в стороне от общества и должен за это отвечать“. Во время последующего раунда вопросов из зала он объясняет, что его бюро пока состоит только из него самого и секретарши и что у него нет никакого права вызывать людей к себе, а также пока нет бюджета на собственные исследования или что-либо подобное. Но как опытный чиновник он заверяет, что раздобудет эти вещи у различных министерств.
Д-р Матиас Дёпфнер сначала цитирует Хенрика М. Бродера, который провокационно, но всё же благожелательно сказал: „Что должен делать уполномоченный по борьбе с антисемитизмом? Следить за тем, чтобы соблюдались антисемитские правила игры? (…) Так же, как уполномоченный по погоде наблюдает за погодой?“ Затем д-р Кляйн получает экземпляр труда Бродера „Der Ewige Antisemit“ с посвящением „Пусть Вам удастся то, в чём я потерпел неудачу».
Дёпфнер подводит итог положению, как он его видит: „Мы достигли низшей точки в том, что касается возмущения антисемитизмом. Мы должны принимать беженцев, которые бегут от войны. Но если там отчасти антисемитизм является государственным резоном и они учатся этому с малых лет, то нам не следует удивляться, если они принесут это с собой. А здесь у нас есть правый и левый антисемитизм. Нам нужна граница нулевой терпимости к антисемитизму. Это значит не ‘на каждый новый случай новая речь’, а ‘на каждый случай — действие!’ За это д-р Дёпфнер получает самые продолжительные аплодисменты вечера.
Д-р Элио Адлер говорит д-ру Кляйну: „Каждый левый, правый и пивной антисемит может объяснить, в чём именно проблема с евреями. То, что Вам приходится делать, — это как массовая психотерапия. Способны ли Вы на это? Вам ведь нужны для этого пул экспертов и бюджет!“ Требование WerteInitiative к федеральному правительству было отчётливым. «Должность уполномоченного по борьбе с антисемитизмом должна быть хорошо оснащена! Этот человек должен иметь возможность делать свою работу.»
Среди публики находится и еврейский рэпер Бен Саломо. Он коротко рассказывает о собственном опыте с антисемитизмом в Германии и спрашивает: „Как нам вернуть себе право толкования сионизма?“
Д-р Кляйн хотел бы решить это, чётко разъяснив разницу между антисемитизмом и антисионизмом. Бен Саломо скорее хотел бы, чтобы эту тему поднимали уже рано в школе. „Если мы не будем объяснять людям, что такое сионизм и антисемитизм, то это сделают такие люди, как Kollegah“.
Д-р Шарлотта Кноблох хочет узнать у д-ра Кляйна, как он относится к AfD (Альтернатива для Германии). Кляйн об этом: „AfD, попустительствуя антисемитским высказываниям, сильно поспособствовала дискурсу. То, как она действует, коварно, и мы видели, как это падает на плодородную почву. Если AfD ищет разговора, я принимаю конфронтацию, но сам к ней не иду“.
Заключительное слово — за раввином Ицхаком Эренбергом: „Д-р Кляйн, желаю Вам удачи. Мой опыт таков, что люди ничего не знают о евреях и Израиле. Когда мы час говорим с людьми в синагоге, они уходят с совершенно иным представлением. Во Франкфурте я тридцать минут говорил с водителем во время поездки на такси. До этого он ничего не знал. В конце он сказал, что я хороший посол Израиля!“
Спасибо Энно Ленце за некоторые фрагменты текста.
